Как мы кормили зубров в национальном парке Угра: зимний гид по Козельским засекам

Январь выдался на редкость снежным. Хотя ещё совсем недавно у меня складывалось впечатление, что зимы становятся всё теплее и слякотнее, но в этот раз природа решила напомнить что такое настоящая русская зима. И вот как раз в один из таких морозных снежных дней мы с женой и внучкой выехали из Калуги в сторону Козельска.

Собственно, сам Козельск в наши планы не входил. Цель была другая — национальный парк «Угра», а точнее его Березичское лесничество, где расположен музей «Козельские засеки». Ну и главное — покормить зубров, популяцию которых там стали успешно восстанавливать более 10 лет назад.

Дорога к засекам через Перемышльское кольцо

Выехали из Калуги на нескольких машинах и договорились с друзьями ехать «мини-колонной». Местом сбора выбрали Перемышльское кольцо — транспортный узел недалеко от Перемышля, где сходятся маршруты на Козельск и в сторону Тульской границы. Кстати, и сам Перемышль когда-то входил в систему Засечной черты, но об этом позже.

Снег шёл, но небольшой и дорога была проходимая. Трасса на Козельск узкая — это её главная особенность. Снежной зимой она местами превращается в настоящий «туннель» между сугробами. И вот тут нам как раз «повезло» — километров через пятнадцать наткнулись на МТЗ-80 с широченным прицепом, нагруженным рулонами сена. По пути находятся большие животноводческие фермы, так что трактора с кормами — обычное дело.

Обгонять в таких условиях — себе дороже. Снег, колея, встречку почти не видно. Так и плелись за ним минут пятнадцать на скорости километров сорок, медленно пережёвывая терпение. Машин за нами собралась целая вереница — штук десять точно. Спасло только то, что трактор в итоге свернул на какую-то просёлочную дорогу, и вся колонна вздохнула с облегчением.

Вообще, глядя на заснеженную трассу и колею, я подумал, что нам, местным, всё-таки проще — сели и поехали. А вот если добираться издалека, например, из Северной столицы, то такая логистика может стать проблемой. Знакомые питерцы часто спрашивают, как лучше организовать поездку по нашим краям или южнее, не убивая подвеску личного авто. В таких случаях я обычно советую искать готовые варианты: посмотреть доступные программы и туры из Санкт-Петербурга можно на сайте, где собраны маршруты под разный бюджет, чтобы не тратить нервы на гололёд и навигацию, как это делали мы в этот раз.

Лес как из сказки или почему Засечная черта выбрана не просто так

Километров за три-пять до музея начался настоящий лес. И вот тут я понял, почему именно эти места в XVI веке выбрали для оборонительной линии. Огромные сосны. Стволы в два-три обхвата. Ветви под тяжестью снега прогнулись так, что казалось вот-вот обрушатся.

Снег лежал толстым слоем, создавая ощущение какой-то нереальной чистоты пространства. Белизна была такая плотная, что резала глаза даже сквозь стёкла автомобиля. Именно такая картинка и должна появляться в голове, когда говоришь «русский лес зимой».

Я даже остановился на обочине, чтобы сделать пару фотографий. Жена посмотрела на меня как на человека, который решил замёрзнуть ради сомнительного удовольствия, но промолчала. Внучка, правда, тоже выскочила — ей было всё равно, она просто хотела поваляться в снегу. Что она успешно и проделала за те три минуты, пока я возился с камерой смартфона.

Эти леса и правда особенные. Когда-то они входили в состав Заокской засечной черты — оборонительной системы, которую начали строить в XVI веке при Иване Грозном. Само слово «засека» происходит от способа валки деревьев: их подрубали или «засекали» на высоте человеческого роста так, чтобы дерево не падало полностью, а оставалось на пне. Вершины при этом направляли в сторону предполагаемого вражеского набега.

Получался труднопроходимый завал из полуповаленных, но «полуживых» деревьев с торчащими во все стороны сучьями. Попробуй через такое пройти на коне, да ещё с оружием. А если учесть, что глубина таких засек местами достигала 200 и более метров, то становится понятно — это была серьёзная преграда.

Немного истории про Засечную черту и Козельские засеки

Не могу не упомянуть про историческое значение этих мест. В 1566 году сам Иван IV проверял готовность Большой засечной черты и объезжал как раз Козельск, Белёв, Болхов. Эта оборонительная линия протянулась на сотни километров — от брянских лесов до Переяславля-Рязанского. Защищала южные рубежи Московского государства от набегов крымских татар и ногайцев.

Козельские засеки были самым западным участком Заокской засечной черты. Именно здесь проходила граница между относительно спокойной Московией и «диким полем» — степными просторами, откуда в любой момент могли нагрянуть кочевники.

Засеки чередовались с частоколами, надолбами, земляными валами и рвами. В лесу устраивали завалы, на открытых участках рыли рвы и насыпали валы. Города-крепости вроде Козельска становились опорными пунктами всей системы. Гарнизоны насчитывали от нескольких сотен до полутора тысяч человек в каждом.

Охраняла засеки специальная засечная стража — ополчение из местных жителей. Набирали по одному человеку с двадцати дворов. Вооружение простое: топоры, пищали, два фунта пороха и столько же свинца от казны. Всего во второй половине XVI века засечная стража насчитывала до 35 тысяч ратных людей.

Леса эти считались заповедными. Строго запрещалось не только рубить деревья, но даже охотиться и просто заходить без разрешения. Нарушителей наказывали жёстко. В те времена вообще с законами не шутили.

После того как угроза со стороны Крыма сошла на нет (где-то к началу XVIII века), засеки потеряли военное значение. Леса стали использовать для заготовки деревянных частей ружей, дров, выжигания угля. Лучшие породы — дуб, вяз, ясень, сосна — шли на нужды кораблестроения.

Но охранный статус в целом сохранился. Поэтому некоторые участки старых дубрав дожили до наших дней — им сейчас по 200-250 лет. Именно эти деревья и делают лес особенным.

Приезд в музей и главное развлечение зимы — кормление зубров

Музей «Козельские засеки» создали в 2008 году на территории национального парка «Угра». Расположен он в Березичском лесничестве, где сохранились основные массивы тех самых заповедных засечных лесов.

Подъехали к административному зданию. Небольшое двухэтажное строение из дерева, рядом с забором парковка. Дорога, кстати, отлично прочищена до самой парковки — даже на обычном «паркетнике» можно было бы проехать без проблем.

Машин немного — ещё пара внедорожников и одна старенькая «Нива» (то же вроде как внедорожник, но вот резина на ней была…). Видимо, любители зимней природы и зубров ещё не особо подтянулись.

Цена вопроса: сколько стоит поездка к зубрам

Прежде чем рассказать про кормление, важный момент — деньги и организация.

Предварительная запись обязательна. Просто так приехать и пойти к зубрам не получится. Звоните в визит-центр национального парка «Угра» по телефону 8 (4842) 22-61-66 и бронируете дату.

Входная плата в нацпарк:

• Взрослые (нельготные категории) — 300 рублей с человека
• Есть льготные категории, полный список здесь

Стоимость экспедиционного маршрута (экотропа к зубрам + музей «Козельские засеки»):

• Группа до 7 человек — 4 000 рублей за группу (плюс входная плата)
• Группа от 7 человек:
  • Взрослые — 400 рублей с человека
  • Школьники — 200 рублей
  • Дошкольники — 100 рублей

Важно: Транспортные услуги в стоимость не входят. Добираетесь своим ходом.

Чай с пирожками после экскурсии для нас был бесплатным — товарищ организатор нашей поездки постарался.

Итого для семьи из трёх человек (двое взрослых + ребёнок-школьник):

• Входная плата: 600 + 300 = 900 рублей
• Маршрут (если группой от 7 человек): 400 + 400 + 200 = 1 000 рублей
• Всего: около 2 000 рублей + морковь с яблоками (килограмма 3-4 будет достаточно, это ещё рублей 300-400)

Плюс бензин туда-обратно из Калуги (примерно 160 километров) — около 600-800 рублей в зависимости от машины.

В общем, поездка на семью из трёх человек обойдётся в районе 3 000 рублей. Недорого, если учесть впечатления.

Но мы не сразу пошли в музей. Первым делом — к зубрам. Это главное зимнее развлечение в национальном парке «Угра». Дело в том, что гарантированно увидеть зубров в дикой природе можно только с декабря по март, когда лежит снег. В тёплый период, после схода снега, зубры уходят глубоко в леса, и найти их там практически нереально.

От административного здания до кормушки метров 300. Тропа натоптанная, но снегу было по колено. Но никто из детей не начал ныть, что замерзает. Хотя внучку мы упаковали как космонавта перед выходом в открытый космос — три слоя одежды, теплые сапоги, шапка и капюшон.

Идём значит по этой тропе, а вокруг тишина. Только снег под ногами скрипит да где-то далеко дятел долбит. Лес зимой — это отдельная история. Нет того гомона птиц и шелеста листвы. Зато есть какое-то особое спокойствие.

Дошли до кормушки. Вообще кормушка — это довольно просто. Площадка или территория, отгороженная надёжным деревянным забором, где снег утоптан копытами, и стоит что-то вроде небольшого навеса с котором лежит сено. Вокруг следы зубров — огромные, с «тарелку» размером.

И вот они. Две зубрицы. Стоят себе спокойно, и сено не жуют, ждут вкусного угощения. Остальное стадо, как объяснили сотрудники парка, редко приходит к кормушке когда люди. Зубры — животные осторожные. А вот эти две особи практически прописались тут. Им, видимо, комфортно. Или просто привыкли, что люди — это синоним наличия вкусной еды.

Морковь и яблоки — любимое лакомство зубров

Перед поездкой нас предупредили — берите морковь и яблоки. Зубры их очень любят. Особенно яблоки. Мы запаслись. Килограмм пять моркови и большой пакет яблок на всю компанию.

Подходим осторожно. Зубр европейский — это не корова с соседнего поля. Взрослая самка весит около 600 килограммов, а бык может доходить до тонны. Высота в холке — 180-188 сантиметров. Одним словом, животное внушительное.

От них пахнет лесом, мокрой шерстью и чем-то тёплым, животным. Не неприятно, но ощутимо. Запах дикости, что ли.

Эти две зубрицы вели себя на удивление спокойно. Одна даже подошла ближе, явно рассчитывая на угощение. Из ноздрей валил пар — зима есть зима. Внучка сначала испугалась и спряталась за меня. Но потом осмелела и с расстояния вытянутой руки протянула морковку.

Зубриха взяла морковь аккуратно, почти деликатно. Похрустела — звук как будто ломаешь толстую ветку. Посмотрела выжидающе, тяжело сопя. Дали ещё одну. Потом яблоко. Яблоки она ела с явным удовольствием — громкий сочный хруст и довольное фырканье.

Вторая зубриха тоже подтянулась. Мы кормили их минут двадцать. Морковь, яблоки, ещё морковь. Друг мой Анатолий вообще увлёкся и скормил половину своего запаса за пять минут. Потом пришлось делиться с ним нашими припасами.

Интересно наблюдать за этими животными вблизи. Мощная холка, покрытая густой шерстью. Борода клочьями. Глаза умные, спокойные. Никакой агрессии. Хотя понимаешь, что если зубр захочет, то просто снесёт тебя как кеглю.

Как зубры чуть не исчезли и вернулись в калужские леса

Глядя на этих мощных зверей, трудно поверить, что сто лет назад человечество их почти потеряло. В 1927 году во всём мире оставалось всего 50 зубров — и только в зоопарках. В дикой природе их выбили полностью.

То, что мы видим сейчас в лесах под Калугой — это результат огромной работы биологов. Зубров собирали по крохам из питомников Европы, разводили и заново учили жить на воле. В национальный парк «Угра» первых новосёлов завезли в 2014 году. Им здесь понравилось: стадо не только прижилось, но и начало расти само.

Сейчас здесь бродит уже больше сотни вольных гигантов, и многие из них родились прямо в этих лесах, никогда не зная клеток. Для них ежегодно сеют подкормочные поля, зимой выкладывают корм — сено, плющенное зерно и корнеплоды. Проводят мониторинг с помощью фотоловушек. Усиленная охрана. В общем, работа серьёзная.

Зубры здесь не просто живут — они формируют лесные экосистемы, работают своеобразными «ландшафтными архитекторами». Поедая определённые виды растений, влияют на состав и структуру леса. Цель программы — создать популяцию, способную существовать без постоянной помощи человека. Похоже, получается.

Экскурсия по музею Козельские засеки

Накормив зубров и сделав кучу фотографий, мы наконец-то направились в музей. Честно говоря, руки уже немного подмёрзли, несмотря на перчатки. В общем душа требовала срочного тепла и не эфемерного, а живого, настоящего физического. Как не странно нашем спасением стал музей «Козельские засеки».

Музей небольшой, но информативный, а в центре этого строения устроена так же небольшая, но самая настоящая русская печь, которая мгновенно возвратила нас к жизни. Сама же экспозиция рассказывает об истории Заокской засечной черты и конкретно Козельских засек. Много картографических материалов — копии старинных карт Московии XVI-XVII веков, схема оборонительных линий Московского государства, детальная карта Козельских засек.

Экскурсовод — местный энтузиаст и сотрудник Оптинского участкового лесничества Ирина Петровна — рассказывала с таким увлечением, что даже скучная на первый взгляд тема оборонных сооружений превратилась в интересную историю про противостояние Руси и Крымского ханства. Казалось, что она знает буквально всё про здешние места, их историю и природу.

Она показала нам макеты Столпицкого города в Козельских засеках — так называемой засечной крепости. Объяснила, как именно валили деревья для засек, показала схемы надолб и частоколов. Рассказала про князя Михаила Ивановича Воротынского — основателя пограничной службы на засечной черте.

Кстати, про Козельск. Город этот упоминается в летописях с 1146 года. А в 1238 году Козельск стал одной из самых ярких страниц сопротивления монгольскому нашествию. Войско Батыя осаждало его семь недель. Город прозвали «Злым городом» за упорство защитников. Правда, в итоге Козельск был взят и разрушен, а жители либо погибли, либо угнаны в плен.

В музее выставлены отдельные типы вооружения и предметы быта крепостного гарнизона XVI-XVII веков. Можно увидеть луки, секиры, копья, топоры. Есть интерактивная часть — можно примерить одежду стрельцов и сфотографироваться с оружием. Чем мы и воспользовались. И получились довольно забавные кадры: конечно не стрельцы, а «сотрудники» банды Соловья-разбойника, но всё рано интересно.

Помощь лесничему и рулон сена для зубров

После экскурсии вышли на улицу. Снег уже перестал идти, проглянуло солнце, но морозец наоборот спал. У административного здания стояла старенькая трёхдверная «Нива» с прицепом и лысой резиной, совсем не подходящей для сезона. Рядом лесничий возился с огромным рулоном сена.

Мы конечно не могли пройти мимо. «Лесничий» Евгений Николаевич оказался не просто Николаич, а целый государственный инспектор, который занимается охраной здешних лесов уже более 25 лет, а уходом и контролем за зубрами с момента их появления. Сначала отказывался, но потом согласился. Рулон сена весил явно за центнер. Втроём мы его закатили в прицеп. Лесничий сказал, что везёт на кормушку для зубров — вечером основное стадо должно подойти, а сено нужно заранее разложить.

Спросили, можно ли поехать с ним и посмотреть. Лесничий покачал головой — сказал, что вечером будет уже темно, да и зубры при большом скоплении людей не подойдут. Лучше приезжайте утром пораньше, часов в семь, тогда есть шанс увидеть всё стадо или хотя бы его часть. Взяли на заметку. Может быть как-нибудь ещё приедем.

Травяной чай с пирожками — традиционное гостеприимство

После музея нас пригласили в небольшую комнату в административном здании — что-то вроде комнаты отдыха для посетителей. Там уже стоял небольшой самовар и пара электрочайников, накрыт стол.

Чай оказался травяной, собранный на территории национального парка «Угра». Какие именно травы — не скажу точно, но вкус был приятный, с лёгкой горчинкой и медовым послевкусием. Кстати чай предлагается в фирменных фильтр-пакетах и узнаваемых упаковках. Пили его из керамических кружек, которые грели ладони.

А главное — пирожки. Горячие, как будто только что из печки. С разнообразной начинкой: яблоко, творог, капуста. Кажется, ещё были с картошкой и грибами. Пирожков хватило всем — и даже с лихвой.

Внучка набросилась на пирожки с яблоками. Съела три штуки и потянулась за четвёртым. Жена остановила. Я предпочёл с капустой — ностальгия по бабушкиным пирогам.

Сидели, пили чай, разговаривали. Лесничий присоединился, рассказывал байки про зубров и лесную жизнь. Однажды зубр-самец, говорит, забрёл в деревню километрах в пяти отсюда. Жители испугались, вызвали полицию. Пока приехали, зубр спокойно погулял по огородам и ушёл обратно в лес.

Обратная дорога через Шамордино

После чаепития собрались в обратную дорогу. Один из наших спутников предложил заехать в Шамординский монастырь — он находится неподалёку, в том же Козельском районе, прямо по дороге обратно..

Шамордино — это Казанская Амвросиевская женская пустынь, основанная в 1884 году. Монастырь известен своим 15-купольным Казанским собором, который вмещает до 5000 человек. Добрались без проблем, хотя дорога узкая и местами скользкая.

Монастырь стоит на холме, окружённый лесами. Из склона бьют многочисленные родники. К источникам ведёт лестница больше чем из 200 ступеней, но зимой туда не полезешь — скользко и холодно. Летом, говорят, там полно паломников с канистрами и бутылками.

Территория ухоженная. Здания из красного кирпича в едином стиле конца XIX века. Казанский собор впечатляет масштабами даже зимой, когда всё засыпано снегом. Зашли внутрь. Тепло, тихо. Горят свечи. Несколько монахинь, в основном пожилые.

А вот что действительно цепляет — история про сестру Толстого. Мария Николаевна приняла монашеский постриг и провела в этом монастыре больше 20 лет — с 1891 по 1912 год. Сам Лев Николаевич приезжал к ней несколько раз. А в 1910 году, когда навсегда ушёл из Ясной Поляны, заехал в Шамордино в последний раз. Через несколько дней он умер на станции Астапово. Так что это место связано с финальными днями великого писателя.

Снежная дорога домой и итоги поездки

Выехали из Шамордино уже ближе к вечеру. Включили фары. Опять пошёл снег. Не то чтобы метель, но видимость ухудшилась реально.

Дорога обратно оказалась посложнее утренней. Снег валил плотно, крупными хлопьями. Главная проблема — дворники не справлялись и стекло, несмотря на максимум обдува, медленно, но верно покрывалось непрозрачной коркой. Скорость снизили до минимума. Обгонять вообще не пытались — слишком рискованно.

Около Перемышльского кольца нас обогнал здоровенный «КАМАЗ» с песком. Прошёл как танк, оставив за собой облако снежной пыли. Мы притормозили, переждали, пока видимость восстановится. На подъезде к Калуге снег почти прекратился. Дорога стала лучше. Доехали без приключений, хотя нервов потратили прилично.

Дома разбирали вещи, разогревали ужин. Внучка рассказывала маме про зубров с таким воодушевлением, будто повидала динозавров. Жена рассматривала мои фото в стрелецком кафтане. Я просто сидел, пил чай и думал о том, что поездка удалась.

Стоит ли ехать в Козельские засеки зимой

Подведу небольшой итог для тех, кто раздумывает, ехать ли туда зимой.

Плюсы:

• Гарантированно увидите зубров. Летом это почти нереально.
• Лес зимой красив особенной, спокойной красотой.
• Музей познавательный, экскурсоводы увлечённые.
• Можно совместить с посещением Шамордино или Оптиной пустыни.
• Народу мало, нет толп туристов.

Минусы:

• Дорога зимой может быть сложной. Нужен опыт вождения в снег.
• Холодно. Даже если тепло оделись, на морозе долго не постоишь.
• К источникам в Шамордино зимой не спуститься — скользко.
• Инфраструктура минимальная. Кафе нет, туалет в административном здании один.

Практические советы:

• Берите морковь и яблоки для зубров. Килограмма 3-4 на семью хватит.
• Одевайтесь тепло. Валенки, термобельё, шапка-ушанка — не стесняйтесь.
• Заправьте машину до поездки. Заправок по дороге мало.
• Выезжайте утром пораньше. К обеду снег может усилиться.
• Проверьте резину. Зимняя обязательна.

Где находится: Калужская область, Козельский район, посёлок Березичского стеклозавода. От Калуги примерно 80 километров.

Контакты национального парка «Угра»: Калуга, ул. Ленина, 124, телефон (4842) 22-61-66.

Когда ехать: Зубров гарантированно увидите только зимой — с декабря по март. Летом они уходят в глубь лесов.

Рекомендую. Поездка получилась насыщенная. История, природа, живые впечатления. Внучка до сих пор вспоминает «больших коров, которые едят яблоки». Жена уже планирует повторить поездку весной, правда без зубров. Посмотрим.

А пока зима ещё не кончилась, можно успеть покормить последних европейских великанов, переживших века, войны, голод и человеческую глупость. И сейчас они стоят в калужских лесах, хрумкают морковь и смотрят на тебя умными спокойными глазами, будто говорят: «Мы вернулись. И никуда отсюда больше не уйдём».